Доклад на заседании Кузбасского межвузовского совета по духовно-нравственному образованию и воспитанию студенческой молодежи

Уважаемые члены Совета ректоров!

Прежде всего, я хочу сердечно приветствовать вас. Рад возможности встретиться с вами, рассказать о том, какими нам видятся перспективы взаимодействия со светскими высшим образованием и наукой. Надеюсь на содержательный обмен мнениями.

Что в действительности стоит за этим термином: теология (или, по-русски, богословие). Теология — многозначный термин. В языческой древности так называли «учение о богах», авторитетными выразителями которого были древнегреческие поэты. У Аристотеля теология становится частью философской системы, которая посвящена «учению о божественном». Этот термин использовался и другими античными философами.

В христианской традиции первоначально «теологией» именовалось учение о Триедином Боге. Позднее, по мере формулирования основных вероучительных догматов, которое происходило в ходе богословских споров, сфера «теологии» расширялась. В настоящее время под богословием в широком смысле понимается вся система дисциплин, преподаваемых в духовных школах.

Эта система богословских дисциплин, существующих в духовных школах, призвана формировать будущих священнослужителей, а также собственно богословов и сотрудников различных церковных организаций и структур.

Мы специально кратко обозначили эту систему церковно-образовательных дисциплин, чтобы акцентировать важный момент: когда мы говорим о теологии в рамках светской системы образования, речь не идет о перенесении системы богословского образования из духовной школы в светскую.

У церковных учебных заведений — свои собственные, особые задачи. Это то, что традиционно у нас именуется «духовным образованием». В формальном смысле это высшее профессиональное религиозное образование, которое является внутренним делом Церкви как религиозного объединения граждан.

Соответственно, возникает вопрос: что же такое теология за пределами церковных богословских школ — в светском образовательном пространстве?

Думается, что в данном случае не обойтись без понятия культуры, которое самым тесным образом связано с понятием образования. А последнее — с университетом.

Что такое университет по своей первоначальной идее? Это высшее учебное заведение, которое вводит человека в универсум знаний, приобщает к культуре и науке в различных ее областях. Таким был средневековый университет, в котором специализация сочеталась с приобщением ко всем существующим в то время наукам. В таком университете теология была высшей ступенью образования.

Конечно, средневековый европейский университет сегодня никоим образом не может быть образцом. И вряд ли было бы реалистичным стремиться к тому, чтобы вернуться от нынешней специализации в высшем образовании к более или менее универсальному образованию, которое, скажем, давал российский университет сто и более лет назад.

В то же время университет (а в принципе — любой вуз) призван к тому, чтобы, кроме специального образования, давать и общее образование. И он это делает — через обязательные и факультативные курсы. Для естественников — это общие курсы по основным гуманитарным дисциплинам (как, скажем, философия); для гуманитариев — курсы по основам естествознания.

Здесь мы возвращаемся к понятию культуры. Не может быть культурного, образованного человека, получившего высшее образование — без этих «дополнительных» курсов, вводящих в те сферы знания, которые не являются частью его непосредственной специализации. Потому что культура, из которой изъяты какие-то важнейшие ее составляющие, просто перестает быть культурой.

Можно ли представить себе «образованного» физика, не знакомого с теорией относительности? Или биолога, ничего не знающего об эволюции? Равным образом и человек, который окончил вуз естественнонаучного профиля и при этом получил хотя бы самые общие представления о философии, обществознании, истории культур, но который ничего не знает о религиозной традиции, о христианской мысли и культуре, вряд ли может считаться образованным человеком.

Есть еще, как минимум, две причины, о которых нужно сказать. Во-первых, наследие советского периода. Это был период радикального изгнания религии не только из образования разных уровней, но и вообще из жизни людей. Формально религия была разрешена — как сугубо частное дело граждан. Но в реальности верующий человек считался изгоем, носителем застарелых предрассудков. Все религиозные традиции были вычеркнуты из общественной жизни. И мы до сих пор не можем преодолеть это советское антирелигиозное наследие. Но есть и другая причина: очевидный рост общественной роли религии в современных обществах, и на Востоке и на Западе. Вопреки предсказаниям, которые звучали в минувшем веке, значимость религии для современного человека не снижается с ростом научного знания, с развитием технологий и открытием новых горизонтов в познании и практической деятельности. Потому что религия отвечает на очень важные, предельные вопросы человеческого существования в этом мире, и те ответы, которые она дает, находятся в иной плоскости по сравнению с достижениями научно-технического прогресса.

Эта ситуация представляется в определенном смысле опасной. Потому что она чревата общественными конфликтами. К сожалению, признаки таких конфликтов мы уже видим.

В чем причина этих конфликтов? Думается, что одной из главных причин является невежество — то есть отсутствие адекватного знания о религии, о христианской традиции, о Церкви в нашем обществе. И в его образованной части в том числе. Поэтому нам нужно, чтобы в рамках высшего образования присутствовал общеобразовательный теологический компонент.

Что в данном случае понимается под «теологией»? Можно выделить два аспекта этого теологического компонента. Первый аспект — это сообщение самых общих знаний о христианстве, о православной традиции, в том числе русской, о Церкви как особом религиозном феномене, несводимом к иным областям человеческой жизни и деятельности. Если такого рода знания не будут доступны молодым людям, получающим высшее образование, в будущем мы будем иметь дело либо с невежественными антиклерикалами, либо с религиозными фантазерами, каждый из которых придумывает себе свою собственную веру и религию.

Второй аспект касается именно культурного измерения христианской традиции. Христианство является одним из фундаментов европейской культуры и, в частности, одним из источников новоевропейской науки. Без рациональности, свойственной христианской теологии, невозможно себе представить развитие европейской мысли последних столетий. Хотелось быть правильно понятым. Когда Церковь говорит о культурном аспекте христианства, то совсем не имеет в виду какого-то внедрения, тем более насильственного, в область научных исследований со стороны теологии. Мы никоим образом не покушаемся на автономию науки. Более того, мы утверждаем, что сфера науки принципиально отличается от сферы религии.

Главная мысль заключается в следующем. Знание о христианской традиции, о религиозном способе мышления, то есть о теологической рациональности, и о культурном измерении христианства необходимо для полноценного приобщения к культуре вообще, к европейскому культурному наследию. Секуляризованный, то есть усеченный, взгляд на культуру создает искаженное представление об истории и современном состоянии того мира, в котором мы живем.

Теология в светском университете — это не навязывание религиозного мировоззрения. Это прежде всего восполнение того культурного наследия, вводить в который университет призван. Это возвращение в культуру и образование той религиозной, христианской составляющей, которая в прошлом была насильственно изъята из отечественного университета.

Такое возвращение будет и проявлением интеллектуальной и духовной открытости университета, который тем самым освобождается от «научного догматизма» и готов к свободной встрече науки и богословия — где нет места для какого-либо идеологического насилия.

При таком подходе, думается, мы сможем вместе обсуждать вопрос о том, какое место может занять кафедра теологии в структуре университета. На наш взгляд, кафедра теологии должна быть одним из элементов общеобразовательного дисциплинарного блока. При этом очень важно, чтобы ее деятельность была согласована с деятельностью других гуманитарно-обществоведческих кафедр, отвечающих за философские, исторические, социологические, культорологические и иные подобные дисциплины. В рамках системного подхода к работе этого дополнительного учебно-дисциплинарного комплекса теология сможет занять свое законное место.

Какими могут быть направления работы кафедры теологии? Во-первых, это учебный компонент, то есть факультативные курсы обзорного характера по истории Церкви, ее вероучению, а также курсы, посвященные интеллектуальной христианской традиции в жанре «истории идей» и вкладу христианства в культуру — европейскую, но прежде всего российскую. Во-вторых, это такой компонент, который можно назвать дискуссионным. Прежде всего, это семинары, посвященные общей теме «Наука и религия» или «Наука и христианское богословие». Наконец, в-третьих, кафедра теологии может проводить самостоятельные исследования. Например, эта кафедра может курировать диссертационные исследования, защита которых будет осуществляться в других академических структурах, где имеются соответствующие диссертационные советы.

При этом важно обозначить следующее: кафедра теологии не будет вмешиваться в деятельность иных кафедр, как естественнонаучных, так и гуманитарно-общественных. В то же время она будет открыта к любому сотрудничеству с другими кафедрами, если с их стороны проявится желание и готовность к такому сотрудничеству.

Хочу особо сказать о присутствии теологии в светских вузах и о диалоге Церкви и науки. В последние годы во многих университетах и вузах нашей страны открылись кафедры или отделения теологии. Это очень важное явление. Классическая идея университета подразумевает, что он является оплотом национальной культуры. Именно в Университете идет работа по ее сохранению, развитию и передаче из поколения в поколение. В нем формируется культурная и интеллектуальная элита страны.

Университет призван отражать многообразие культуры, которая соединяет в себе различные аспекты общественной жизни — науку, философию, политику, искусство, право и — в том числе — религию. Изъятие хотя бы одного из важных компонентов социокультурного целого обедняет культуру и может привести к деградации нации. В этом смысле появление теологии является закономерным процессом восстановления целостного культурного поля нации. Теология становится важным культуроформирующим фактором.

Следует отметить, что даже в советском университете теологическое знание продолжало присутствовать, несмотря на гонения на Церковь и религию со стороны государственной власти. Многие советские ученые преподавали студентам теологическое знание на своих лекциях под видом философии и истории религии, занятий древними языками и проч. Среди ярких примеров таких лекторов можно вспомнить Сергея Сергеевича Аверинцева.

Именно в наше время открывается возможность включить теологию в реестр университетских специальностей и окончательно разрушить искусственный барьер между теологией и светскими науками, который был создан. Многие университеты уже воспользовались этой возможностью и создали в своих стенах кафедры теологии, разрабатывают совместно с православными университетами магистерские модули по теологии.

Там, где кафедры теологии уже созданы и функционирует, наблюдается существенное повышение духовно-нравственного уровня учащихся. Каждая такая кафедра не только становится научным центром, но и выполняет воспитательные функции, столь необходимые в наше непростое время.

В этой ситуации ключевым аспектом производства знания и основанных на нем технологий оказывается то, что называется человеческим капиталом, т.е. совокупный потенциал эрудиции, компетенций и творческих способностей людей, а также эффективность социальной коммуникации. Специалист будущего — это человек, который может эффективно, мотивированно и ответственно работать в коллективе.

В этом смысле потенциал Православной Церкви как крупнейшего религиозного института страны исключительно значим для российских университетов. Наша Церковь готова к диалогу, более того — уже его ведет и развивает. В таких ведущих российских вузах как Санкт-Петербургский государственный университет, Национальный исследовательский ядерный университет «МИФИ» открыты научно-образовательные центры по диалогу религии и науки, где совместно с представителями Церкви обсуждаются актуальные проблемы, находящиеся на стыке богословия и естественных наук. Эти центры являются хорошим примером доброго сотрудничества Церкви и научного сообщества. В Кузбассе уже есть позитивный опыт такого сотрудничества. Так, например, КемГУКИ, где проходят курсы повышения квалификации для преподавателей воскресных и духовных школ; КемГУ – где существует специализация «теология».

Это хороший пример прямой встречи богословов и ученых, когда преподаватели богословских школ могут из первых рук получить сведения о достижениях и проблемах современной науки, а также о самой процедуре получения научного знания. Нужно продолжать такого рода встречи, привлекая представителей разных научных специальностей и исследовательских направлений.

Сейчас мы подошли к тому, чтобы наладить сотрудничество, так сказать, в обратном направлении. Речь идет о том, чтобы создать в университете отдельную кафедру теологии.

Важный вывод, к которому философия науки, касается природы знания как такового. Есть знание обыденное, мифологическое, художественное, философское, научное, религиозное. Современная наука, как правило, практикует только один, особый способ познания реальности: она изучает объективные, «внешние» законы, определяющие бытие природы, человека и общества. То есть современная наука отчуждена от внутреннего жизненного мира отдельного человека с его духовными поисками и нравственными проблемами.

Религия, наоборот, занимается человеком и миром во всем их многообразии и в их взаимоотношении с Богом. Религия занимается духовным миром человека, а поэтому и само мироздание воспринимает не как безличный космос, а как жизненное пространство человека, как то «жилище», которое даровано человеку Богом для того, чтобы внутри этого пространства он совершенствовал свою душу.

Религиозное знание и научное знание находятся в разных познавательных пространствах. Где же встречаются и пересекаются наука и религия? Прежде всего — во внутреннем мире человека, в его сознании, когда он задумывается о вопросах мировоззренческого характера, о смысле и цели своей жизни, о нравственных ценностях. Но также и в общественном сознании, то есть в общем культурном пространстве, когда обсуждаются вопросы мировоззрения, этики, духовного призвания человека. В обоих случаях религия и наука принципиально не являются антагонистами — они могут и должны взаимно дополнять друг друга, пребывая в рамках своих компетенций.

Сегодня мы должны общими усилиями создавать пространство для диалога — между наукой и религией, между различными областями знания и между людьми, придерживающимися разных мировоззренческих позиций. Высшие учебные заведения представляют для такого диалога наиболее благоприятное пространство, а кафедры теологии, создаваемые в светских вузах с учетом конфессиональных особенностей того или иного региона, могут стать одной из основных движущих сил этого диалога.

+  +  +

Теперь я бы хотел сказать несколько слов о том, зачем вообще нужна теология — ведь сегодня некоторые люди отказывают теологии в звании научной специализации и приравнивают ее к мифологии, ненаучным феноменам, существующим в человеческом социуме. Для нас — людей Церкви, священнослужителей и богословов — теология является не просто научной специальностью, потому что отождествляется с опытом религиозной жизни, с опытом встречи человека с Богом. Для нас теология — не отвлеченная наука, ибо рассказывает она об опыте этих взаимоотношений, о том, как понимается в той или иной религии Бог, какие пути к Нему предлагает та или иная религия, какие есть способы общения с Богом, какие аскетические и нравственные правила свойственны той или иной религии.

В то же время теология не может быть совершенно оторвана от опыта человека. Когда некоторые люди говорят: «Я имею Бога в своей душе, но в Церковь не хожу, обряды не исполняю, потому что считаю это совсем ненужным», — я отвечаю на это, что религия предполагает не только теоретическое знание, но и практику. Как невозможно овладеть горными специальностями, ни разу не побывав в горах, как невозможно овладеть военным делом, ни разу не пройдя строевым шагом, не разобрав и не собрав автомат Калашникова и не надев военную форму, точно так же невозможно в полной мере овладеть богословием или теологией, если человек не практикует, как сегодня говорят, ту или иную религиозную традицию, если он не является, например, практикующим христианином.

Богословие как чистая наука может остаться для человека предметом чуждым и непонятным, если он не будет изнутри переживать те истины, о которых оно говорит. Как и всякая наука, богословие предполагает практику, и как раз практикой для теологического образования является посещение церкви. Поэтому вполне естественно, что там, где учреждаются кафедры теологии, как правило, создаются и домовые храмы, чтобы те студенты, которые желают проверить на собственном опыте, насколько религиозное учение является истинным, насколько оно может в реальной жизни помочь человеку, могли это осуществить через посещение храма, через участие в литургической жизни.

Еще один важный вопрос: зачем человеку вообще нужна Церковь, нужна религия? Ведь есть люди, которые живут без религии и, как будто, прекрасно без нее обходятся. Более того, религия не спасает человека от болезней или иных испытаний. Нельзя сказать, что религиозным людям везет в жизни больше, чем нерелигиозным.

На этот вопрос нужно ответить следующим образом. В современном мире человек живет, окруженный различными возможностями. Каждый может выбрать для себя тот спектр услуг и развлечений, тот круг общения, который ему кажется интересным. В этом смысле каждый человек в некоторой степени является творцом своего счастья: если ему удалось получить профессию, которую он хотел получить, и достичь в этой профессии успеха, если он удачно вступил в брак, если достиг определенного материального благополучия и карьерного успеха, то, кажется, жизнь состоялась. Чего же еще тогда ждать от жизни, зачем тогда нужна религия, что она может прибавить, если у человека и так все есть?

Жизненный опыт людей показывает, что дело обстоит совсем не так просто. Есть те, кто этого всего достиг, — у них есть все: материальное благополучие, постоянный карьерный рост, есть даже хорошая семья, но при этом почему-то нет счастья. И часто такие люди сами себе задают вопрос: а чего мне не хватает, почему нет счастья, хотя, вроде бы, все в жизни есть?

И во многих случаях оказывается, что счастья у человека нет, потому что он не понимает, зачем живет. Чувство неудовлетворенности нарастает у человека по мере того, как он приближается к некоему естественному порогу, каковым является смерть. О ней многие люди стараются вообще не думать. Часто приходится слышать: «Давайте не будем говорить о грустном, зачем вы сообщаете, что кто-то умер или при смерти, зачем затрагивать в беседе тему могил, кладбищ? Давайте будем жить, как будто этого не существует«.

Как правило, чем старше человек становится, тем больше вокруг него оказывается смертей: близкие, сверстники и друзья начинают умирать, и тем острее он ощущает временный характер своей собственной жизни. И тогда он начинает понимать, что накопленные материальные блага он может передать своим детям, но ему самому ничего не останется за тем порогом, который должен будет переступить каждый. По окончании жизни он куда-то уйдет, но не знает, куда. Простой вопрос, зачем и почему человек умирает, заставляет многих людей задуматься о том, в чем смысл жизни.

Так называемые вечные вопросы не могут не занимать ум человека. Очень многие люди, не находя ответа на этот вопрос вне религии, не могут найти и смысл жизни. Отсюда происходят многие болезни, которыми сегодня страдает наше общество. Среди этих недугов — алкоголизм, наркотики или иные формы зависимости. По сути дела, они представляют собой попытки уйти от того, что мучает человека и грызет его сердце, не дает жить спокойно. Удивительно, но этими зависимостями страдают часто именно люди преуспевающие, не бедные, у которых все не так плохо в жизни.

Религия дает человеку ответ на вопрос о смысле жизни. Более того, она дает этот ответ каждому человеку на каждом этапе его развития и в самых разных обстоятельствах. Этот ответ мы не можем вычитать в книгах — его мы получаем непосредственно в нашем религиозном опыте. Сила религиозной веры в том, что религия открывает человеку иное измерение жизни, которое вроде бы отсутствует в видимом мире, но присутствует в мире невидимом. Именно это измерение дает ответы на многие вопросы.

Эту весть всегда несла и будет нести людям Церковь. Об этом вы не услышите из СМИ, а узнаете только тогда, когда сами придете в Церковь. Об этом вы даже, наверное, не узнаете на кафедре теологии. Но все-таки изучение теологии как научной дисциплины для многих людей пролагает путь к познанию Бога, ко встрече с Ним — встрече, дороже которой в жизни человека нет и не может быть ничего.

Наша задача заключается в том, чтобы, несмотря на все различия между сферой церковной и сферой современного естествознания, обозначить некое общее пространство, которое может эти сферы объединять, то есть пространство взаимопонимания и плодотворного сотрудничества.

Храм в университете — это возможность для православных студентов и преподавателей, а также для всех, кто находится в духовном поиске и проявляет интерес к Православию, реализовать свое право на свободу вероисповедания непосредственно в стенах своего вуза.

Такое присутствие Церкви в университете опирается на принцип добровольности, свободы совести.

Очень часто люди узнают о Церкви из средств массовой информации, а СМИ, как известно, «заточены» на всякого рода негатив, потому что позитив не воспринимается публикой с должным интересом. Поэтому, когда происходит какое-то чрезвычайное происшествие или скандал, которым тем или иным образом затронуты представители Церкви, средства массовой информации старательно смакуют подробности. А весь огромный позитив, который несет Церковь на протяжении многих веков миллионам людей, часто остается за скобками. Очень многие люди не только не слышат, но и не знают о той работе, которую сегодня ведет Церковь.

В настоящее время очень многие получают высшее образование, в нашей стране становится все больше людей, компетентных в самых разных отраслях человеческого знания. Но при этом одним из признаков нашего общества остается невежество в религиозной сфере.

Так, я знал людей, которые на протяжении двадцати лет общались с приснопамятным Патриархом Алексием II и при этом так и не научились правильно произносить его имя и до сих пор называют его Патриархом Ал?ксием. Много есть и других подобных примеров: люди не могут отличить архимандрита от архиепископа, путаются в самых элементарных вещах, что у нас, служителей Церкви, не может не вызывать улыбку. Происходит это чаще всего оттого, что люди в свое время не получили базовые знания в религиозной области. Сегодня же существуют возможности получить такие знания.

Говоря об организации кафедры теологии в светских учебных заведениях, мы не ставим перед собой некую миссионерскую задачу, не пытаемся обратить студентов в православную веру, тем более, обратить тех людей, которые принадлежат к иным религиям. Наша задача — восполнить пробел, который образовался в результате насильственного насаждения атеизма в обществе и искусственного изъятия религиозной тематики из университетской и академической среды, изгнания Церкви из общественной жизни.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.