Беседа с сотрудниками Центра охраны здоровья шахтеров в Л-Кузнецком 22 марта 2011 года

БОГОСЛОВСКОЕ ОСМЫСЛЕНИЕ ЗДОРОВЬЯ ЧЕЛОВЕКА

           Хотел бы сердечно приветствовать всех, кто собрался в этом замечательном Центре охраны здоровья

                         шахтеров Кузбасса для встречи с Управляющим Кемеровской и Новокузнецкой епархией.

Придаю большое значение таким встречам, потому что они дают не только возможность что-то говорить от своего опыта, от сердца, но и возможность слышать людей. Эта двусторонняя связь для Архиерея имеет огромное значение, потому что вопросы, которые часто ставятся в разных аудиториях, помогают понять настроение современных людей. Сегодня мне хотелось бы уделить внимание теме таких областей служения людям, какими являются духовное окормление людей священником и медицинское поприще.

Медицина как наука о здоровье уделяет внимание человеку в его болезненном состоянии и имеет попечение о предупреждении болезней. Медицина обращается, прежде всего, к телу человека, то есть к физическому организму. Но в не меньшей степени науку интересует душевная сторона человеческой жизни, ибо она сталкивается с расстройствами психики и нервной системы человека.

Медицина имеет отношение и к сфере человеческого разума, поскольку ей приходится стал¬киваться с травмами или аномалиями деятельности головного мозга. Иначе говоря, медицинская наука как таковая обращена ко всей совокупности жизненных проявлений человека, к «целому» существу, которое единственное в природе имеет тройственный состав — дух, душу и тело.

Сегодня профессиональная и научная специализация в медицине многократно возросла. Человек все больше рассматривается не только как биологический механизм, который призваны ремонтировать врачи, заменяя или исправляя отдельные детали и узлы. Все чаще причины многих болезней специалисты пытаются обнаружить в сфере сознания и воли, то есть в том, что составляет его духовные основания. Исходя из такого взгляда на человека, хочу поделиться некоторыми соображениями относительно важности и полезности религиозного понимания человеческого феномена и видения человека с точки зрения богословской антропологии.

Но сначала несколько слов о взаимоотношении религии и медицины.

Медицина в Ветхом Завете

Медицина относится к одной из древнейших наук и практик. За много веков до начала хри¬стианской эры мы встречаемся с ней в древних цивилизациях. В соответствии с образом мысли и строем жизни древних обществ, медицина не была изолированной областью знания и его практического применения.

Согласно ветхозаветному пониманию, болезнь посылается Богом, а точнее, попускается Им за грехи, и Он же может даровать исцеление, если человек обращается к своему Творцу. В Ветхом Завете о соотношении религии и врачебного искусства говорится: «Почитай врача честью по надобности в нем, ибо Господь создал его, и от Вышнего — врачевание. Господь создал из земли врачевства, и благоразумный человек не будет пренебрегать ими. Он и дал людям знание, чрез которое врачует человека и уничтожает болезнь его». (Сир. 38: 1-8).

Непосредственно за этими словами следует такое поучение: «Сын мой! В болезни твоей не будь небрежен, но молись Господу, и Он исцелит тебя. Оставь греховную жизнь и исправь руки твои, и от всякого греха очисти сердце. Дай место врачу, ибо и его создал Господь, и да не удаляется он от тебя, ибо он нужен. В иное время и в их руках бывает успех; ибо и они молятся Господу, чтобы Он помог им подать больному облегчение и исцеление к продолже¬нию жизни. (Сир. 38: 9-15)

Таким образом, молитва об избавлении от болезней никоим образом не противоречит использованию врачебного искусства. Писание призывает помнить, что корень болезней — в грехах пред Богом. Потому и врачевание не будет эффективным, если оно не сопровождается возвращением души на пути Божий.

Медицина в Новом Завете

В Новом Завете Господь Иисус Христос подтверждает ветхозаветное представление о том. что болезни связаны с грехом. Так, Он говорит исцеляемому Им больному: «Прощаются тебе грехи твои (например, Мф. 9: 2). Однако Спаситель являет иное отношение к причинам физического недуга, когда говорит о слепорожденном: «Не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нем явились дела Божий» (Ин. 9:3).

В евангельском рассказе о кровоточивой жене евангелист Лука сообщает, что женщина обратилась ко Господу, издержав на врачей всё имение, но ни одним не могла быть вылечена (Лк. 8:43).

Христианское понимание медицинского воздействия на человека определяется своеобразной диалектикой религиозного и врачебного отношения к болезни и здоровью. По своему существу болезни и страдания вообще являются следствием общей греховности человеческого рода, восходящей к первородному греху праотцев Адама и Евы, совершенному в раю. Бог обратился к праматери Еве с суровыми словами: «Умножая умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рождать детей» (Быт. 3:16). Страдания и подверженность болезням стали своего рода «нормой» бытия.

Эта дисгармония в конце концов достигает своей высшей точки в последней, уже никакими человеческими средствами неизлечимой болезни — телесной смерти. Апостол Павел называет смерть последним врагом (1 Кор. 15:26).

Восприятие смерти как последней болезни и составляет отличительную черту христианского понимания жизни. Это не отрицание бытия, но глубочайший кризис человеческой жизни. Бог не сотворил смерти, но всякому человеку желает спастись и иметь Вечную Жизнь. Вечная Жизнь во Царствии Божием — далеко не проекция здешней жизни в некое иллюзорное «потустороннее пространство».

Проблема всех идеологов и мыслителей Нового времени состоит в том, что они не удосужились вникнуть в существо христианского учения о человеке и о мироздании. Иначе говоря, они прошли мимо существенного, полемизируя с тем, что является второстепенным. Первостепенным же в христианстве является призвание человека к Вечной Жизни. И только сообразуясь с этим, можно рассуждать о церковном понимании земной жизни человека и его бытия как образа и подобия Божия.

   Вечная Жизнь человека

Именно упование на Вечную Жизнь определяет суть христианской антропологии. Человеческая природа парадоксальна. Будучи частью физического мира и, с точки зрения физиологии, одним из животных, человек бесконечно превышает весь мир, поскольку является образом и подобием Бога-Творца. Человек — это разумное, свободное, личностное существо, способное к бесконечному совершенствованию. Целью этого совершенствования является не приобрете¬ние каких-то сверхвозможностей, но достижение внутренней целостности духа, души и те¬ла, или целомудрия.

Однако, эта целостность невозможна в том мире, где царствует смерть. Каков может быть смысл свободы, разумности, жертвенности, если жизнь отождествляется лишь с биологическим существованием, которое неминуемо заканчивается смертью? Поэтому христианское понимание человека исходит из Божественного замысла о нем: июли были призваны Творцом к Вечной Жизни в гармонии с Богом, с физическим и духовным миром и друг с другом.

Осуществление этого замысла было нарушено грехопадением, через которое в мир вошла смерть. Нарушение пропорциональной целостности этого тройственного состава произошло в момент грехопадения. Это неминуемо привело бы к деградации человечества. Подвиг бесчисленного сонма святых во многом состоит в том, что они своим бытием поддерживали жизнеутверждающие пропорции в рамках всего земного сообщества и оставили после себя великое множество последователей, к числу которых может присоединиться каждый человек.

В ветхозаветной Книге Левит говорится, что душа тела в крови (Лев. 17: И). Это очень точная формулировка, смысл которой состоит в том, что душевное и телесное в человеке не просто взаимосвязаны, но проникают одно в другое. Иными словами, здесь идет речь о фундаментальном психосоматическом единстве человеческого существа. Как говорит один из древних христианских писателей, «тело есть орган души». С христианской точки зрения, душа возникает вместе с телом и смерть тела является подлинной трагедией потому, что разрывает единство человеческого состава.

Церковь исповедует, что физическая смерть не является окончательным завершением существования человеческой личности. Эту смерть она образно называет успением, то есть своего рода сном. Ведь состояние сна тоже можно понимать как временный разрыв «жестких» связей психического и физического.

Следует особо подчеркнуть, что, говоря о бессмертии души, христиане имеют в виду вовсе не бесконечное существование некоей «легкой», бестелесной субстанции, бессмертной самой по себе. Согласно святоотеческому пониманию, душа человека бессмертна не по природе, а по благодати, то есть по причастности спасающему действию Бога. Поэтому выражение «Вечная Жизнь» указывает вовсе не на потустороннее существование, но на глубинное качество человеческой жизни, человеческой личности. Это качество состоит в добровольном определении своего бытия в рамках закона Вечной Жизни, Единственным Источником которого является Сам Господь, Творец мира.

Именно поэтому Вечная Жизнь человека начинается здесь, на земле, и определяется добровольным подчинением Божественному закону. «Жизнь и смерть предложил я тебе, благословение и проклятие, — говорит Господь. — Избери жизнь, дабы жил ты и потомство твое» (Втор. 30:19).

Церковь верует в то, что некогда, силою и действием Божиим, свершится телесное воскресение всех умерших физической смертью. Человек вновь обретет единство своего духовно-душевно-телесного состава.

Церковь и медицинское искусство

В земном мире невозможна абсолютная гармония. И, в отличие от других религий, христианство осмысливает терпеливо переносимое страдание как путь духовного исцеления. Но это не значит, что Церковь проповедует отказ от лечения и пренебрежение медицинской помощью! Напротив, Церковь свидетельствует о множестве исцелений, в том числе и от физических болезней, вплоть до воскрешения из мертвых. К тому же христианин призван не только к личному спасению, но также к служению миру и ближнему, которое требует сил и, разумеется, здоровья. Церковь напоминает о том, что корни болезней, первопричины заболеваний всегда глубже их физиологических поводов.

Подтверждением разумного и уважительного отношения Церкви к медицинскому искусству является и тот факт, что многие врачи, теоретики и практики, соединяли и соединяют в своей личности глубокую хпистианскую вепу и мелипинскую деятельность. Лучшие представители древней медицины, причисленные к лику святых, явили особый образ святости – бессребреников, врачей и чудотворцев. В сонме святых Церковь почитает апостола Луку, Косьму и Дамиана, мученика Пантелеймона, святителя Луку (Войно-Ясенецкого). Достойно внимания, что святитель Лука был первым правящим Сибирским архиереем. Осенью 1942 года епископ Лука (Войно-Ясенецкий) был возведен в сан архиепископа с назначением на Краснояр¬скую кафедру, которой управлял до конца 1943 года. Ему выпали самые тяжелые годы, когда в стране шла Великая Отечественная война. Являясь прекрасным врачем-хирургом, святитель не только молитвой и архипастырским словом поддерживал верующих в смертельной схватке с фашисткими окуппантами, но и оперировал раненых воинов советской армии, оказывал медицинскую помощь пострадавшим. Патриотическая деятельность владыки была высоко оценена Правительством страны: он стал лаурятом Сталинской премии, а его труды по медицине по настоящее время изучаются студентами в высших медицинских заведениях.

В 1934 г. вышла в свет его книга «Очерки гнойной хирургии», ставшая настольной книгой хирургов. В этой книге епископ Лука определяет свое отношение к больным краткой, но выразительной формулой: «Для хирурга не должно быть «случаев, а только живой, страдающий человек».

Врачи были прославлены Православной Церковью не только потому, что очень часто завершали свою жизнь мученической кончиной, но за принятие врачебного призвания как христианского долга милосердия.

Сегодня многие врачи, работающие в самых разных областях медицины, являют собой образ гармоничного сочетания и взаимодействия личных христианских убеждений и верности долгу врачевания больных. Может возникнуть вопрос: есть ли профессиональное преимущество у врача, который является христианином, перед его безразличными в духовном плане коллегами?

Конечно, объективного преимущества нет. Хороший врач — это всегда не только специалист в своем деле, но и человек, с особым вниманием и участием относящийся к пациенту, а последнее не имеет прямой связи с религиозными убеждениями.

И все же определенное различие несомненно присутствует. Ибо верующий врач, если он не только хороший специалист, но и хороший христианин, не просто облегчает страдания, не просто прилагает усилия для того, чтобы победить болезнь! Его отношение к больному является более глубоким и всеобъемлющим. Он видит перспективу жизни, над которой не властна физическая смерть. Он знает, что отношение к лечению как к внешнему средству, позволяющему человеку освободиться от болезни, не может быть достаточным основанием для подлинного исцеления. Наконец, он помнит, что болезнь — это своего рода призыв к углублению духовной жизни, к поиску более верного жизненного пути.

                                                                   Болезнь как потенциальная возможность

С духовной точки зрения болезнь как состояние нарушенной целостности нельзя определить однозначно. Она существует в каждом человеке как потенциальная возможность. Состояние человека зависит не только от дисциплины питания или от так называемого «здорового образа жизни», но и от того, как он распоряжается своей свободной волей, какие цели ставит перед собой и какими средствами их достигает.

Возьмем пост, который Церковь предлагает верующим как средство духовно-нравственного исцеления. Многие воспринимают его как своего рода диету, как форму «лечебного голодания». Однако одно из главных требований поста — это милость, помощь ближнему. Пост не в том, чтобы съесть в два раза меньше обычного, но чтобы отдать половину своего рациона нуждающемуся. Именно к этому призывает Церковь в своих богослужебных текстах в первые же дни Великого поста.

Так же и болезнь: ведь ее можно рассматривать не только как физическую или психическую патологию, но и как индивидуальное событие, которое насильственно изымает нас из обычной жизненной суеты. Она заставляет задуматься о себе, о своем душевном и духовном состоянии. С другой стороны, опыт страдания опровергает самоуверенное представление о том, что человек — властитель мира или бессмертен. Собственное страдание человека открывает ему глаза на страдания других людей, состояние которых он порою просто не замечал или не понимал. Страдание — это личный опыт сострадания другим, школа милосердия, училище сочувствия. Таковым оно может быть, если воспринимать его в духовном плане.

       Медицина как служение и подвиг

Христианское отношение к здоровью и болезни, к медицинской практике и врачебному под¬вигу имеет множество других аспектов, коснуться которых невозможно в кратком выступле¬нии.

Православная Церковь с неизменно высоким уважением относится к врачебной деятельности, в основе которой лежит служение любви, направленное на предотвращение и облегчение человеческих страданий.

Церковь призвана в соработничестве с государственными структурами и заинтересованными общественными кругами участвовать в выработке такого понимания охраны здоровья нации, при котором каждый человек мог бы осуществить свое право на духовное, физическое, психическое здоровье и социальное благополучие при максимальной продолжительности жизни.

Несомненно, достойно всяческого одобрения и поддержки стремление к совершенствованию форм и методов врачебной практики, облегчающей страдания наших ближних, дающих им надежду на исцеление и воздвигающих их от одра болезни.

Следует осознавать, что с развитием новых технологий и постепенным совершенствованием инструментария и лечебных средств, значительно увеличивающих возможности врача, многократно увеличивается ответственность медиков не только перед пациентом, но и перед всем обществом и тем более — перед Богом. Необходимо помнить, что могущество медицинской науки, не подкрепленное твердым нравственным основанием, может приносить не только добрые плоды.

Думаю, что самое главное состоит в том, что сегодня мы — священнослужители и врачи — открыты друг другу, готовы к сотрудничеству и совместному разрешению существующих проблем. Скажу больше: это особая форма сотрудничества, потому что нас объединяет общее понимание нашей деятельности. В обоих случаях речь идет о служении и о подвиге. Эти слова — из религиозного лексикона, но они в полной мере применимы к врачам и вообще к тем медицинским работникам, кто непосредственно заботится о здоровье людей, пришедших к ним за помотттью. В ель в нынешних нелегких условиях служение врача — это зачастую действительно подвиг.

Благодарю вас за внимание.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.